Безумный Макс и пустота

Безумный Макс

(Опубликовано накануне премьеры)

14 мая 2015 года в прокат выходит «Безумный Макс: дорога ярости» Джорджа Миллера, новый фильм о Максе Рокатански, выходящий спустя три десятилетия после первых трех, прославивших начинающего актера Мэла Гибсона (дистрибьютор – компания Каро Премьер). Картина также будет представлена в официальной программе 68-го Каннского международного кинофестиваля / Festival de Cannes (13-24 мая). Показ ленты состоится 14 мая в Большом театре Люмьеров вне конкурса.

В ленте можно будет увидеть Тома Харди вместо Мэла Гибсона, Шарлиз Терон без руки. Обещаны сумасшедшие гонки, взрывы, поклонение рулю, а также попытка проткнуть автомобиль копьем. В предвкушении вспоминаем, чем важна была для своего времени история о Максе Рокатански и почему она так врезалась в зрительскую память.

Темное будущее

Мир в первом фильме, в «Безумном Максе» – это цивилизация сравнительно недалекого будущего, которая уже не совсем цивилизация. Человечество постепенно звереет после глобального кризиса, люди живут небольшими общинами, на дорогах хозяйничают банды байкеров. Полицейский Рокатански пытается сохранить себя и свои представления о законе посреди этого беспредела. Но когда байкеры убивают его жену и ребенка, плюет на нормы, мстит убийцам и уходит выживать в одиночку. В «Воине дороги» и «Под куполом грома» он сталкивается в теми, кто пытается в той или иной форме воссоздать старые правила коллективной жизни, приспособить их к новой реальности, помогает положительным персонажам, карает отрицательных. Мир, впрочем, в глобальном смысле от его действий не меняется.

Фильмы Джорджа Миллера добились успеха большого и мгновенного. «Безумный Макс» считался одним из самых прибыльных в австралийской киноиндустрии. «Воин дороги» на момент своего выхода – одним из самых популярных австралийских гастролеров в американском прокате. «Под куполом грома» оценивали скромнее, но и он имел финансовый успех. Сошлось все. И сложные увлекательные сцены погонь и трюков. И особенный саундтрек – композитором первого фильма (второго тоже) был Брайан Мэй, а Миллер и его продюсер Байрон Кеннеди потратили на «музыкальную» работу пять месяцев, считая, что в таком визуально насыщенном фильме музыка должна постоянно подчеркивать динамизм того, что творилось на экране. И режиссерская убедительность Миллера. В книге Mad Max Movies критик Адриан Мартин покадрово анализирует некоторые сцены. Обращая внимание на работу и расположение камер, на принцип монтажа, он очень подробно описывает механику всех трех фильмов, поминая Эйзенштейна, Тарковского, братьев Люмьер, французского критика Гареля (который вообще считал «Безумного Макса» авангардом). Первую часть Мартин называет самой свежей в серии, самой сложной и самой недооцененной.

История о Максе появилась в тот момент, когда в австралийском кино царила совсем другая мода. Поддержка же местной Film Commission шла в основном авторскому кино, которое, как предполагалось, улучшит имидж национального кинематографа. Но имидж решительно изменил дебютант Миллер. Улучшил или ухудшил – тогда этот вопрос еще обсуждался, не все критики с одобрением отнеслись к Максу.

Это кино – интереснейший гибрид. Фантастика, роуд-муви. В определенном смысле вестерн: борьба поселенцев с аборигенами в Австралии не стала такой важной частью культуры, как в Америке, но Миллер перенес конфликт в будущее и смог убедительно рассказать историю героя-одиночки, который мстит и борется с дикарями, пусть и не с этническими. Даже хоррор – байкеры казались чем-то сверхъестественным, жертва была обречена на смерть, если выезжала на дорогу, а дорога стала не способом убежать, а самим содержанием истории, театром боевых действий.

Корни

Но у популярности Макса Рокатански были и другие причины. «У нас в Австралии особенная автомобильная культура, связанная именно с насилием. В стране размером с США живет гораздо меньше народу. Тут сеть часто пустующих дорог, а у полиции нет никакого способа заставить людей сбавить скорость. Мы используем трассы для отдыха и снятия напряжения, для насилия. Вот откуда приехал «Безумный Макс», — говорил Миллер о национальном успехе своих фильмов.

В жителе такого мира укоренен страх перед пустынными пространствами страны. Этот страх, завороженность пугающими ландшафтами, почти сверхъестественная власть пустоты за пределами привычных территорий – они уже часть национальной мифологии. «Безумный Макс» приехал еще и из этой пустоты.

Автомобильные аварии в таком мире становятся частью культуры. О национальной одержимости ДТП там снимают фильмы (Carcrash Дэвда Цезара), пишут солидные статьи — к примеру, Antipodean Automobility and Crash: Treachery, Trespass and Transformation of the Open Road Кэтерин Симпсон, которая заслуживает цитирования от первой до последней страницы, что в рамках этого текста просто невозможно, зато эта статья вполне доступна в интернете. Автокатастрофа в Австралии имеет совершенно особое значение.

Поэтому все, что творилось в фильмах о Рокатански, резонировало с австралийским зрителем. Американского же привлекала история, рассказанная с использованием привычных голливудских конвенций, но совсем на другом фоне. Выход фильма совпал с популярностью Рональда Рейгана и идеологии консервативного национализма, тревогами по поводу мультикультурности («дикости»), дегенерации общества. Наконец, пережив нефтяной кризис 1973 года, зритель откликнулся на историю о мире, который погружается в анархию из-за проблем с топливом, в мире, где обычный человек пытается противостоять наступившему хаосу.

Наверное, большинство так для себя фильмы о Максе Рокатански не интерпретировало. Все было проще, люди стекались на экшн, отличные трюки и погони, футуристический фон происходящего. Но бессознательных мотиваций и власти настроений никто не отменял.

Новый фильм о Максе Миллер задумал давно, проект прошел через производственный ад, который длился четверть века. Реализовать идею удалось только сейчас. Съемки велись в ЮАР, Намибии и Австралии. Премьера состоится в рамках Каннского фестиваля, вне конкурса. События фильма разворачиваются между первой и второй частями серии. За минувшие 30 лет Миллер стал одним из самых признанных режиссеров своей страны, хотя снимал совсем другое кино, разжился «Оскаром» — за мультфильм «Делай ноги». Его соратника Байрона Кеннеди с ним больше нет, Кеннеди погиб в вертолетной аварии в далеком 1983-м. В Австралийском институте кинематографии учреждена премия его имени. «Безумный Макс: дорога ярости», как говорил в своих интервью Миллер, — новый взгляд на созданный им когда-то мир, новый взгляд на старых друзей.

P. S.: Кое-что еще

— Бюджет первого фильма о Максе составлял всего около 400 тыс. австралийских долларов. Группа экономила на всем. Реквизитом без спросу разживались в барах и магазинчиках, где снимались некоторые сцены. Об этом в своих интервью рассказывал арт-директор фильма. То, что было взято, после съемок возвращали на место. Миллер нашел любопытный способ расплачиваться со статистами. Водители машин скорой помощи, владелец трактора, даже некоторые байкеры получили от него не деньги, а пиво, традиционные для Австралии упаковки из 24 банок. Многие статисты были реальными членами байкерских групп, в основном Vigilantes и австралийского отделения Hells Angels. Миллер опасался, что этих «актеров», когда они не работали в кадре, могут арестовать. Потому сделал каждому из них письмо на бланке компании о том, что эти люди снимаются в кино. Первый фильм собрал на родине около 5,4 млн. австралийских долларов, в США – 8,75 млн. американских долларов, а во всем мире на декабрь 1982 года в пересчете на доллары США около 100 млн. Бюджет «Воина дороги» уже был около 4,5 млн. австралийских долларов, «Под куполом грома» — около 12 млн. (из них 1,7 млн. получил Мэл Гибсон).

— Макс Рокатански обязан своей фамилией барону Карлу фон Рокитански, известнейшему патологоанатому. Медицинский аспект трилогии вообще не стоит недооценивать. Медик по образованию, еще в 1972 году Миллер работал врачом в отделении скорой помощи больницы Сиднея, и перед его глазами проходил поток искореженных трупов, жертв автомобильных аварий.

— По следам трилогии появился термин Mad Max economy. К примеру, статья в The New York Times, опубликованная после урагана Сэнди, именно так назвала промышленный сектор, работающий на производство необходимых в экстремальных условиях вещей. Многочисленные предприятия Висконсина, о которых и писала газета, поставляют потребителю рации, обогреватели, свечи, батарейки, насосы, фонарики, средства для просушки дома и многое другое.

— Австралийский павильон на Венецианской биеннале современного искусства в 2009 году назывался MADDESTMAXIMVS: Planet & Stars Sequence. Австралия решила доверить павильон известному художнику Шону Гладуэллу, которого как раз и вдохновили ландшафты пустынной австралийской глубинки и эстетика фильмов о Безумном Максе.

«Безумный Макс: дорога ярости» в российском прокате с 14 мая в IMAX, 2D и 3D.

Марина Латышева.

Источник: locationews.ru

Тоже интересно:

Как мустанг стал единорогом: История Shelby GT500 Eleanor
Шпионский автомобиль всех времен и народов: Aston Martin DB5 Джеймса Бонда
Кто и из чего сделал самые сумасшедшие автомобили для фильма «Безумный Макс: Дорога ярости»
«Матрица 2»: перезагрузка имиджа Cadillac
Mercedes-Benz и динозавры
История нержавеющего DeLorean DMC-12
История Lotus Esprit — гениального суперкара-долгожителя
Знаменитая «Кристина» Стивена Кинга
Бэтмобиль: как создавались автомобили для фильмов про Бэтмена
История легендарных «хвостатых» американских машин
Биография легендарного пони-кара Ford Mustang
Аки Каурисмяки: «Я не связываюсь с актерами, не умеющими водить автомобиль»

Добавить комментарий